В плену горячей плоти

Была осень 1944-го. Война прокатилась с востока на запад, проглотив все здоровое мужское население. В селе оставались одни старики, женщины и подростки вроде меня. Мне исполнилось 14 лет.

Закаленный с самого детства физическим трудом, я был очень хорошо развит и выглядел значительно старше своих лет. В то время происходил настоящий естественный отбор: слабые дети умирали от недоедания и изнурительного труда, выживали только физически сильные.

По соседству с нами жила женщина на 12 лет старше меня. Муж ее уже три года воевал на фронтах Отечественной войны. У них была дочь семи лет, которая впоследствии стала моей женой. Но это отдельный разговор.

Полина, так звали эту женщину, была, как и большинство крестьянок, физически развитая, стройная, обаятельная и очень красивая женщина. Я часто заходил к ней помочь по хозяйству и всегда любовался ее женскими формами.

В тот день мы пошли в лес собирать сухие сучья для отопления на зиму. Было еще довольно тепло, и мы на славу потрудились. Сели перекусить. После обеда я прилег на траву животом вниз.

Полина села выше меня на склоне, согнув ноги в коленях. Она оказалась без трусов. Моим глазам открылось сказочное волшебство, которое я впервые имел возможность наблюдать.

Я видел неоперившиеся письки у молоденьких девочек, но зрелую, буйно расцветшую вагину я увидел впервые.

Ноги ее от ягодиц до колен имели форму усеченных конусов очень правильной формы. Тугие и белые, как лист бумаги, они с невероятной силой манили к себе. Хотелось их ласкать, покрывать поцелуями, облизывать языком, как плитку шоколада. Но выше… Я и сейчас вздрагиваю, как вспомню об этом очаровательном волшебстве, открывшемся моим глазам.

Малинового цвета губки воротничком лежали на поверхности, покрытой обильной растительностью. Волосы имели оливковый оттенок и чуть-чуть курчавились. Губы были раздвинуты так, что моему взору раскрылся кладезь фантастических грез и постоянных мечтаний, невероятного, ни с чем несравнимого удовольствия.

Посреди этого приводящего в трепет творения возвышался розового цвета островок. Я и сейчас вижу, как этот рудимент мужского члена вздрагивает, приобретая довольно внушительные размеры. Он намертво приковал к себе мой взгляд. Как змея, загипнотизировавшая лягушку, он магнитом тянул меня к себе.

Но я, как парализованный, не мог сдвинуться с места. Кроме него, я больше ничего не видел и не хотел видеть. Блаженное чувство охватило меня, я весь горел от желания. Пенис, уже почти нормальных размеров, твердый, как сук, уперся в землю.

Полина некоторое время лукаво смотрела на меня, после проговорила:

— Иди сюда, я покажу тебе еще кое-что.

Она расстегнула лифчик и освободила свою грудь. Это творение Всевышнего (ибо никакая эволюция не в состоянии создать орган такой гипнотической красоты) настолько ошеломило меня, что я чуть было не потерял сознание.

В полубессознательном состоянии я приполз к источнику этих экзотически сказочных красот и автоматически заглотнул очаровательный цветок, посаженный на вершине грудного конуса женщины.

С невероятной жадностью я сосал его, будто утоляя многолетнюю жажду. Тем временем Полина расстегнула ремешок и спустила мои штаны. Я и сейчас отчетливо слышу (такое не забывается никогда), как участилось ее дыхание, чувствую, как отвердели и вздулись ее груди, соски выпрямились, все тело начало дрожать. (Она давно не знала мужчины.)

Взяв в руки фаллос, она направила его в сторону тоннеля грез. Прикосновение головки к губам плоти пронзило меня тонким блаженством, дало ощущение легкого ожога и привело к немедленному извержению.

Но эрекция фаллоса не прошла, и я начал углублять его в недра. Началось что-то невообразимое. Вагина начала сжиматься и разжиматься в быстром темпе, было ощущение, будто фаллос сосут. Ритм “сосания» учащался по мере приближения к оргазму. Я полностью был во власти женщины.

Не я ею обладал, а она мной. Невозможно было удержаться от выброса семени, когда фаллос омывался теплыми волнами ее плоти. После оргазма буквально через несколько секунд посасывания возобновлялись, поощряя член к действию.

Он быстро приобретал соответствующие размеры и плотно заполнял пещеру страсти. Невозможно было вынуть его оттуда ни на миллиметр. Никаких движений невозможно было осуществить, да от меня и не требовалось движение.

Она заставляла меня кончать столько, сколько ей было нужно. И впоследствии при частых наших встречах она только после полного пресыщения давала мне возможность вынуть мой одеревеневший член из своих глубин. Скажу, что такой женщины я больше в своей жизни не встречал.

В этот незабываемый для меня день произошло семь извержений. Время между последующими извержениями увеличивалось. Около двух часов мы пребывали в фантастическом забытьи. Когда наши страсти улеглись, она тщательно вытерла платком мои гениталии.

Мне почему-то стало стыдно, я опустил глаза и не мог смотреть на Полину. Она улыбнулась и проговорила:

— Не стыдись. Это делают все.

Следует сказать, что после шестого извержения я почти не чувствовал своего пениса. Он будто одеревенел, но оставался твердым. И когда после седьмого извержения я освободил его из греховного плена женской плоти, он был почти бесчувственным.

На второй день мой “мальчик” распух и довольно сильно болел. От большого напряжения некоторые капилляры моей плоти лопнули, и я ощущал неприятную боль. Но уже через два дня Полина вылечила его разными примочками, и он стал приносить нам множество утех и удовольствий.

Добавлю, что муж Полины не вернулся с войны. А наш роман длился очень долго.

Д.Х

0 0 vote
Article Rating